Rosenrot (radiowestin) wrote,
Rosenrot
radiowestin

пороть бесполезно

отличить травматика, вредящего людям из своей травмы, от обычного мудака очень просто.
с обычным мудаком сразу ясно, что делать - не подпускать к себе и другим живым людям, при случайной встрече бить лопатой по лицу, слать нахер и так далее.
с травматиком так не выйдет. нанесенный им вред точно так же неотменяем, даже более неотменяем, потому что на мудаков здесь никто не закладывался, но ощущения внутри совсем другие. хочется взять за шиворот, поставить на ноги перед собой и отхлестать по лицу, да заранее понятно, что не выйдет, ни ноги ни позвоночник его не держат, вместо человека какое-то противное желе, вызывающее даже не ненависть, а вот, подобрала слово - гадливость. все, что ему можно по поводу нанесенного ущерба сказать, оно давно уже сказало себе само, заранее и без повода, поэтому упреки с поводом только просвистят мимо ушей. с чего тут требовать, чтобы оно прочувствовало мой ущерб, оно и так уже что только не чувствовало, его от себя самого, каким оно есть в своей субъективной реальности, и так тошнит вполне объективно и физически. митцю не треба нагород, його судьба нагородила.
и вот подташнивать начинает уже тебя, и с этим неотменяемым вредом и с этим чувством гадливости жить тебе.
самое тяжелое осознание - видеть, как человек существует, что-то делает, с кем-то общается, но это только маска, а лицо под маской изъедено червями и попахивает, это травмы так уже доели личность.
то ли слишком слабая изначально была личность, то ли слишком много бед на одну ее, да в конце концов, я сама травматик и прекрасно знаю, как оно, когда ты во всем мире одна, а на тебя валится и валится за троих, и выбор примерно между "справиться или сдохнуть", и свинячить другим людям я тоже могу, конечно, и от бессилия, и по глупости. неважно, в общем, в чем дело.
важно, что того человека уже нет, и вообще человека уже нет. и запомнить только хорошее уже тоже не выйдет. ну окей, мне придется справиться и с этим, куда я денусь-то. ну или материализовать своими руками больших размеров чудо, но на это я никак не вижу в себе сил.
то ли дело лопатой по морде обычному мудаку.

я не прощаюсь, я только отхожу в сторону и развожу руками.
в конце концов, два ангела на моих бедных ребрах обязывают меня к некоторой отходчивости, а данные обещания - к тому, чтобы их исполнять.
в конце концов, не пропадать же открытке.
Subscribe
Comments for this post were disabled by the author